Войти
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
Поиск
Some things are easier to legalize than to legitimate.
 
Sebastien-Roch Nicolas de Chamfort
Поиск  Пользователи  Правила 
Закрыть
Логин:
Пароль:
Забыли свой пароль?
Регистрация
Войти
 
Страницы: 1 2 След.
Адвокаты vs. юристы: адвокатская монополия
 
Оглавление:
Публикации:
Видео:
--------
С уважением, адвокат Антон Лебедев
+7 (921) 320-0433
 
Игра в защите
Почему интересы клиента в судe может представлять кто попало?


Текст: Михаил Барщевский

18.06.2014, 00:59

Президент адвокатской палаты Москвы, вице-президент Федеральной палаты адвокатов Генри Резник - человек авторитетный в сообществе защитников. Его мнением по проблемам, которые сейчас обсуждают на международном конгрессе адвокатов в Санкт-Петербурге, поинтересовался член президиума Ассоциации юристов России Михаил Барщевский.
Новая российская адвокатура существует уже много лет, и при этом проблема дуализма юридической практики в нашей профессии стоит очень остро. Почему никак не удается закрыть так называемые "юридические кооперативы", все эти ООО, занимающиеся судебным представительством? Когда, наконец, только адвокат будет законным представителем клиента в суде?

Генри Резник: Дуализм возник, когда появился частный бизнес и предъявил свой запрос. Традиционная адвокатура, которая была сплошь судебная, сразу же откликнуться на это не могла. А создаваемые юридические кооперативы вполне естественно стали преобразовываться в новые формы, предусмотренные законом. Но у нас сейчас даже не дуализм, потому что никаких требований для оказания юридической помощи за пределами адвокатуры не предъявляется. Т.е. можно не иметь не только высшего юридического образования, но и вообще никакого. Кстати, когда писался закон об адвокатской деятельности и адвокатуре, была введена норма, перенесенная затем в Арбитражный кодекс, что юридическим лицам помощь в суде могут оказывать только адвокаты. Но ее успешно торпедировали юристы-предприниматели.
Почему же сегодня в суде интересы клиентов по-прежнему представляют кто попало, в том числе люди без высшего юридического образования, с судимостями, бывший судья, которому прекратили полномочия, выгнанный с работы следователь, прокурор?
Генри Резник: В сущности, все давно соглашаются, что эта позорная ситуация должна быть ликвидирована. Но дальше слов дело не идет.


Странно. Мне известно, что позиция председателя Верховного суда Вячеслава Лебедева тоже весьма категорична: в суде должны быть только адвокаты. Что же получается? Все понимают и "за", сами судебные органы в лице Лебедева тоже понимают и "за", кто мешает?
Генри Резник: Мне кажется, что здесь какой-то очень серьезный, а значит, шкурный интерес - это деньги.
То есть лоббисты вот этих самых "левых" юристов в Госдуме?
Генри Резник: Полагаю, не только там. В свое время это лоббирование привело, собственно, к тому, что и лицензию на оказание правовых услуг фактически упразднили. Раньше, до 1998 года, хоть что-то было, хотя бы какие-то требования предъявляли. А теперь дуализм стал неприкрытым. Между прочим, это характерно не только для матушки-России. Во Франции после войны, когда начал возрождаться частный бизнес, традиционная адвокатура не смогла защитить его интересы и появились так называемые юридические консультанты. Там больше двадцати лет существовал дуализм.
Но 20 лет назад они-таки объединились?
Генри Резник: Конечно. Но это был, действительно, диалог, и очень длительное время они вырабатывали основы для этого объединения. А у нас в силу естественных исторических причин с диалогом плохо получается вообще на всех уровнях.
Я уже 1,5 года назад предложил такую компромиссную конструкцию. Вводится так называемый "судебный сертификат", который адвокаты - члены палат получают автоматически, при этом любой и каждый, не обязательно вступая в адвокаты, но сдав соответствующий экзамен квалификационной комиссии региональной палаты, получает такой же сертификат, дающий право на выступление в суде. Тогда снимается возражение, что нельзя всех насильно загонять в адвокатуру. Но если ты не адвокат и у тебя нет сертификата, ты не можешь выступать в суде. Как ты относишься к такой идее?
Генри Резник: Как правовед, не могу ее отвергнуть как неприемлемую. Но как руководитель адвокатской палаты и человек, который долго занимается этой проблемой, убежден, что вряд ли она будет проходной. Потому что требует сдачи экзаменов. У меня, кстати, было еще более радикальное предложение, поддержанное и развитое нашим коллегой - юристом, первым зампредом Совфеда Александром Торшиным. Мы предлагаем принять в адвокатуру всех, кто занимается оказанием юридической помощи, без экзаменов. Но они должны отвечать требованиям, сформулированным в законе об адвокатуре: иметь высшее юридическое образование, 2 года стажа работы по специальности, отсутствие судимости и психических заболеваний. И если они предприниматели, должны доказать, что, действительно оказывали юридическую помощь и платили налоги.

В адвокатском сообществе существует и другая проблема - больших и малых палат. Например, в московской палате зарегистрировано 8,5 тысячи адвокатов. Но есть палаты, объединяющие несколько сот или даже десятков человек. Естественно, там готовы принять кого угодно. А при переезде из одного региона в другой, переход происходит автоматически, без экзаменов. Я сталкивался с некоторыми "московскими" адвокатами, не знающими абсолютно ничего, даже возраст дееспособности. 100 процентов из них экзамен сдавали в других палатах, а потом переезжали в Москву. Неужели ты, как руководитель, не понимаешь, что это дискредитация московских адвокатов? Может, предпринять какие-то шаги, чтобы перевод из палаты в палату сопровождался сдачей экзамена?

Генри Резник: Увы, это будет противоречить закону об адвокатуре. Во многих региональных палатах маленькая численность еще и потому, что кормиться адвокатам нечем. И поэтому там, кстати, новых членов не очень-то желают видеть. Пожалуй, 80, если не 90 процентов из тех, о ком ты сказал, это москвичи, которые не рассчитывают сдать экзамен в нашей палате - я сам провожу эти экзамены, и абсолютно определенно заявляю, что ни один негодный юрист, ни по звонку, ни за деньги, в московскую палату не войдет. Но эти москвичи приезжают в другие палаты, получают временную регистрацию, договариваются с руководством местных палат, и не обязательно за взятки. Потому что во многих палатах установлен вступительный взнос, это у нас в Москве его нет. А, скажем, в некоторых палатах нужно 100 - 150 тысяч сдать, говорят, что где-то на севере, не ручаюсь за точность, еще больше. А с самого начала условия такие, что, получив статус адвоката, эти люди не будут там работать. Как с этим быть?
Мы пока для таких адвокатов-переселенцев ввели обязательное прослушивание курса повышения квалификации. Они платят за это, по-моему, тысяч шесть. И если они не прослушивают весь этот 40-часовой курс, их привлекают к дисциплинарной ответственности.
Сейчас многие, по крайней мере, в Москве, получив статус адвоката, тут же создают свой кабинет или адвокатское бюро из двух-трех неоперившихся юнцов, а то и коллегию. Когда-то у президиума московской коллегии было право проводить проверку качества работы адвокатов, сегодня такого права нет, и вы никакого влияния на них не имеете. Считаешь ли ты эту ситуацию правильной? Не следует ли палатам проверять качество работы своих адвокатов?
Генри Резник: Идеальных решений нет. Я считаю, что нынешняя ситуация вполне оправданная по той причине, что адвокат - человек свободной профессии, он обладает независимым статусом, и его отношения с клиентами охраняются адвокатской тайной. Во всем мире контролер - это клиент. И если клиент не жалуется на работу адвоката, нет никакого права ни у кого проверять качество его работы. Верховный суд, кстати, высказался, что суды вообще не в праве в частном определении оценивать профессионализм работы адвоката.
Другое дело, давать ли право сразу открывать кабинет? В советское время коллегия - а она была одна в регионе - была обязана трудоустроить адвоката в какую-нибудь юридическую консультацию. Больше того, если адвокат не вырабатывал установленный в уставе минимум, ну, не было у него клиентов, коллегия обязана была доплачивать. Но это была другая система.

Сейчас, если запретить начинающему адвокату создавать кабинет, значит, его нужно трудоустроить в существующие адвокатские образования - коллегии и бюро, но обязать принять к себе нового адвоката палата не может. И если адвокат сдал экзамены, принят в адвокатуру, значит, признается, что он может практиковать, в том числе, выбирать форму своей профессиональной деятельности. Да, существует проблема повышения квалификации. Она особенно остра для Москвы, все-таки, почти 9 тысяч адвокатов, но мы стараемся, пробуем разные формы учебы. Так, все новобранцы в обязательном порядке проходят "Курс молодого бойца". За непосещение - дисциплинарная ответственность.
Так уж получилось, но по разным причинам в 2015 году подавляющее большинство руководителей адвокатских палат в стране вынуждены будут покинуть свои посты. Не отразится ли это на деятельности адвокатуры и куда деть всех освобождающихся функционеров? Не секрет, что многие из них замечательные администраторы, но адвокатской практикой давно не занимались.
Генри Резник: В большинстве президенты адвокатских палат, действительно, настоящие лидеры своих сообществ. Я думаю, это не будет драмой для крупных региональных палат, где наверняка подготовлены потенциальные сменщики. Но в малочисленных палатах, где 100 - 300 человек, честно говоря, проблемы будут.
Относительно будущего тех, кто покидает свои посты. Если они растренировались как адвокаты, пусть неудачник плачет, как говорится. Но мне думается, что большинство все-таки будут востребованы, потому что многие весьма достойные представители профессии, и, главное, они приобрели бесценный опыт. Ведь президенту нужно быть и хозяйственником, потому что налаживаются связи с губернатором, разными службами. Я вообще, ты знаешь, от администрирования кайф не ловлю, но многие вопросы аренды, ремонта, нарушения прав адвокатов разруливаю звонками. Например, в случае вызова адвоката на допрос в качестве свидетеля. А таких примеров масса. Я просто беру трубку и звоню. И так, собственно говоря, в регионах. На периферии, я просто знаю, сталкиваюсь с такими ситуациями как вице-президент ФПА, вдруг принимается решение о какой-то тотальной проверке адвокатуры с игнорированием принципа ее независимости, профессиональной тайны. По этой причине очень тяжело, я думаю, будет сменщикам без помощи тех, кто уйдет, соответствовать требованиям, которые предъявляются к президентам адвокатских палат.
А как ты отнесся к тому, что адвокатов в здания судов стали пускать не только по удостоверению адвоката, но еще и по какому-нибудь специальному документу?
Генри Резник: Такой проблемы нет. У нас это была самодеятельность двух новых председателей районных судов. Я связался с Московским городским судом, и мгновенно проблема была устранена.
А в регионах?
Генри Резник: В регионах, мне кажется, такой проблемы вообще и не было. У нас в Москве, несмотря на все решения Верховного и Конституционного судов, возникают проблемы со свободным допуском адвокатов к подзащитному в тюрьму. Такое вот искажение - разрешение на свидание в СИЗО по закону требовать нельзя, так там сменили терминологию: говорят не разрешение, а информирование. Не можем сдвинуть эту ситуацию. А что касается посещения судов, такой проблемы нет.
Надежную защиту клиента в суде может обеспечить только дипломированный специалист в области права, считают ведущие юристы.

Ключевой вопрос

Как ты относишься к идее специализации адвокатов по отраслям права? Известны случаи, когда адвокаты по уголовным делам за отсутствием клиентов хватались за наследственные дела, в которых ничего не понимали и допускали грубейшие ошибки. Адвокат должен пройти специальные курсы, получить в палате сертификат по соответствующей отрасли права, и практиковать только ее? И чтобы специализация: хозяйственные споры, уголовное право, административное право, гражданское право, может быть даже, семейное и наследственное, как минимум, была на визитной карточке?
Генри Резник: Это будет кардинальной сменой существующей системы. Ты сейчас, фактически, воспроизвел систему германскую, где претендент с самого начала заявляет свою специализацию, и получает сертификат, позволяющий практиковать только по, например, налоговым делам. Если он желает вести уголовные дела, то должен получить новый сертификат - криминалистический. В Америке другая система, в принципе, как у нас, там экзамен сдается по всем отраслям права. Но отталкиваться от отдельных примеров, мне кажется, вообще не очень продуктивно.
А это нормально, что в Москве все ведут все?
Генри Резник: Только идиоты, не обладая познаниями в какой-то отрасли права, возьмутся по ней практиковать. Адвокаты все-таки в большинстве своем разумные люди. Когда на вступительном экзамене претендент говорит: "Вы знаете, я вообще-то не криминалист или не цивилист", я ему отвечаю, чтобы таких ссылок не было. Мы не заставляем лезть в теоретические глубины, но если человек хочет стать адвокатом и не знает принципы уголовного права, не ведает, что такое состав преступления или, напротив, родовая подсудность в гражданском процессе, ему в адвокатуре делать нечего.
Материал подготовлен при содействии Ассоциации юристов России



--------
С уважением, адвокат Антон Лебедев
+7 (921) 320-0433
 
Как будет выглядеть юридическое обслуживание населения через несколько лет? Выдержки из интервью министра юстиции Александра Коновалова телеканалу "Россия 24" (27 мая 2013 года). Адвокатская монополия неизбежна.
--------
С уважением, адвокат Антон Лебедев
+7 (921) 320-0433
 
Минюст задумал реформу адвокатуры
Автор: Татьяна Берсенева

Больше прав для Федеральной палаты адвокатов по широкому кругу вопросов, а для рядовых членов адвокатуры – при защите интересов доверителей. Таковы основные идеи законопроекта, подготовленного Министерством юстиции. Если он будет принят, то на адвокатский запрос сложнее будет не ответить, перед адвокатами откроются некоторые тайны, а ФПА займется формированием единой дисциплинарной практики. А вот ограничения для молодых адвокатов нравятся не всем.
Больше четырех лет Госдуму периодически атаковали региональные законодательные собрания и депутаты, требуя ужесточить ответственность чиновников за задержки с ответами на запросы адвокатов. Однако депутаты методично их отправляли в урну, ссылаясь на урегулированность вопроса и наличие санкций за подобное нарушение. Та же судьба была и у проекта из Заксобрания Красноярского края, которое просило сократить с 30 до семи дней срок, который отводится для подготовки ответа адвокату. Но в Госдуме решили, что "месячный срок с практической точки зрения для ответа на запрос, представляется обоснованным", а семидневный – "излишне кратким".
Наличие проблемы с адвокатскими запросами существует, признавал летом 2012 года председатель думского комитета по госстроительству, единоросс, выходец из адвокатуры Владимир Плигин. И обещал, что парламент будет работать над гарантиями для адвокатов, которые позволили бы им получать документы от органов госвласти, местного самоуправления, общественных объединений и иных организаций. Тогда же он отмечал, что речь должна идти не о простом усилении ответственности ("вряд ли решит проблему"), но и об установлении в законодательстве "дополнительных вещей, которые касаются возможности адвоката получать информацию".
Новая жизнь адвокатского запроса
В Госдуме к решению проблемы адвокатского запроса так и не приступили, зато работа Минюста и Федеральной палаты адвокатов оказалась результативной. Вчера на едином портале раскрытия информации о готовящихся проектах нормативных актов был опубликован соответствующий документ. В Уголовно-процессуальный кодекс предлагается внести норму о том, что адвокат вправе собирать доказательства путем их истребования и направления адвокатского запроса. При этом разработчики законопроекта считают нужным разрешить адвокатам наравне со следователями и судьями запрашивать у банков и налоговиков информацию, являющуюся сейчас тайной, например справки по операциям и счетам. Коррективы на этот счет вносятся в законы о банках и банковской деятельности, негосударственных пенсионных фондах, рынке ценных бумаг, коммерческой тайне, кредитных историях и другие.
В будущем Минюст собирается установить требования к форме и порядку оформления адвокатского запроса. А непосредственно в законе об адвокатской деятельности ведомство считает нужным установить, что к запросу "при необходимости прилагается доверенность или ее нотариально удостоверенная копия, подтверждающая полномочия адвоката на получение необходимых сведений о доверителе или касающихся доверителя". Не получит ответа по существу адвокат в четырех случаях: если требуемой информации просто нет, запрос не отвечает требованиям Минюста либо к нему не приложены документы, подтверждающие полномочия, а также если запрошенная информация отнесена к сведениям, составляющим гостайну, к которой у адвокатов доступа нет.
Одновременно законопроект сокращает вдвое – с 30 до 15 дней – срок, в течение которого "органы госвласти, местного самоуправления, а также [нотариусы] и иные лица, занимающиеся частной практикой, органы управления и руководители коммерческих и некоммерческих организаций, общественные объединения и индивидуальные предприниматели" должны отвечать на адвокатский запрос. Правда, "в исключительных случаях" разрешается продлевать этот срок еще на 15 дней.
Чиновникам придется отнестись более серьезно к адвокатским запросам: если идеи Минфина будут реализованы, то за игнорирование или отписки будут грозить штрафы. Во-первых, предлагается изменить ст. 17.7 Кодекса об административных правонарушениях, которая пока говорит о невыполнении законных требований прокурора, следователя, дознавателя или должностного лица, осуществляющего производство по делу об административном правонарушении. Теперь там собираются упомянуть и адвокатов, а также внести санкции за молчание в ответ на их запросы или нарушение срока предоставления информации. Для должностных лиц штраф может составить 2000–3000 руб., для юрлиц – от 20 000 руб. до 30 000 руб. Во-вторых, Минюст собирается дополнить ст. 5.39 КоАП (отказ в предоставлении информации) нормой о том, что неправомерный отказ в предоставлении информации по адвокатскому запросу, несвоевременное ее предоставление либо предоставление заведомо недостоверной информации будет караться штрафами для должностных лиц от 5000 руб. до 10 000 руб., для юрлиц – 20 000–30 000 руб.
В связи с планирующимся появлением новых прав у адвокатов министерство попыталось создать и систему "сдержек и противовесов". За незаконное использование или разглашение ставшей ему известной тайны им будет грозить изгнание из профессии.
ФПА и адвокаты рады появлению законопроекта Минюста. Вице-президент ФПА Геннадий Шаров считает, что это "громадный шаг вперед", так как проблемы с адвокатскими запросами "перезрели". Документ, по его словам, получился фундаментальным, сильно отличающимся от тех, что отклонила ранее Госдума. Он рассказывает, что рабочая группа по разработке документа, в которую входили и представители ФПА, исходила из того, что права сторон на истребование информации должны быть одинаковыми. "Если есть определенные права у следователя, то аналогичные должны быть у адвоката, стороны защиты", – говорит Шаров. По его мнению, нет оснований считать, что адвокаты будут незаконно использовать полученную информацию. "Подозревать, что адвокат заведомый жулик, было бы дискриминацией профессии и очень сомнительным подходом", – сказал вице-президент ФПА.
"Предлагаемые изменения сэкономят время адвокатам на получение необходимой информации и позволят осуществлять деятельность более эффективно, что положительно отразится на повышении авторитета адвокатуры", – считает Наталья Костина, адвокат юридической группы "Яковлев и Партнеры". Адвокат Кирилл Бельский тоже считает идею Минюста "правильной и очень насущной", но думает, что наказания за игнорирование адвокатских запросов могли быть и строже. "Мне представляется, что ответственность, которую предлагают авторы законопроекта, не являются в достаточной мере строгой, чтобы обеспечивать беспрекословное исполнение этих запросов получателями, – рассуждает он. – Я полагаю, для того чтобы эти запросы действительно работали, ответственность за их неисполнение должна быть включена в диспозицию ст. 140 УК (отказ в предоставлении гражданину информации – штраф до 200 000 руб.). Либо должна быть гораздо более строгая административная ответственность, а в случае злостного уклонения от ответов на адвокатские запросы – вплоть до уголовной".
"Давайте пусть это будет сначала, посмотрим, что из этого получится, – парирует Шаров из ФПА. – Конечно, мало, но я считаю, что это хоть какой-то элемент попытки воздействовать на нерадивого чиновника. Это лучше, чем ничего".
Введение единой формы адвокатских запросов, по мнению экспертов, тоже безусловный плюс. "С введением административной ответственности появятся и споры о привлечении не исполнивших возложенные законом обязанности к ответственности, они будут связаны с доказыванием непредставления сведений, и единая форма запроса будет способствовать привлечению к ответственности виновных", – уверена Костина.Управляющий партнер адвокатского бюро "Корельский, Ищук, Астафьев и партнеры" Андрей Корельский тоже не видит проблем в появлении типового запроса или даже с обязательными рекомендованными Минюстом реквизитами, вплоть до бланков строгой отчетности, как, например, порядок делопроизводства ордеров в адвокатских образованиях.
Приставам объяснят значение адвокатского удостоверения
Оказались в проекте и другие нормы, о которых давно мечтала адвокатура. Во-первых, проект должен поставить точку в споре адвокатов и судебных приставов, которые не пускают в суд по адвокатскому удостоверению, требуя предъявить паспорт. Минюст решил, что приставы не правы, и предлагает записать в законе об адвокатской деятельности, что "удостоверение предоставляет право беспрепятственного доступа адвоката в помещения судов, правоохранительных органов, органов госвласти, органов местного самоуправления, общественных объединений и иных организаций в связи с осуществлением профессиональной деятельности".
Во-вторых, если идеи Минюста будут реализованы, исчезнет из этого закона норма, по которой адвокат обязан именно за счет получаемого вознаграждения ежемесячно перечислять деньги на нужды адвокатской палаты, тратиться на содержание адвокатского образования и страхование профессиональной ответственности. Шаров из ФПА говорит, что в этом случае предложение Минюста "техническое". По его словам, во время действия закона об адвокатской деятельности постоянно ставился вопрос об исключении этой нормы, так как она несовершенна.
Запреты молодым адвокатам
Еще одна идея Минюста заключается в том, чтобы в первые пять лет пребывания в адвокатской корпорации ее члены не имели права создать свой адвокатский кабинет. Такое ограничение, объясняют в ФПА, должно поспособствовать повышению качества работы неофитов в адвокатуре – трудясь вместе с более опытными коллегами, они смогут перенимать их опыт и за ними самими будет больше контроля. А когда молодые адвокаты или выходцы из других юридических профессий начинают работу сразу в своем адвокатском кабинете, то, по мнению Шарова, нарушается принцип передачи традиций, контактов, опыта, теряется связь с палатами. "Это не приносит пользы не только адвокатам, но и их доверителям, потому что адвокат зачастую не обогащается всем тем, что дает корпорация своим членам", – говорит Шаров.
Но не все согласны с этой идей. Она вовсе не гарантирует, что молодые адвокаты будут перенимать опыт давно работающих и тем самым повышать свой профессиональный уровень, считает адвокат Кирилл Бельский. "Есть адвокатские консультации, где сотни адвокатов и никто никого ничему не учит", – говорит он и вспоминает, что в советское время существовала очень хорошая форма – наставничество: в первые два года работы адвокат прикреплялся к опытному коллеге.
По мнению Бельского, чтобы застраховать клиентов от непрофессионализма молодых адвокатов, нужны другие инструменты. Например, запрет вести отдельные категории уголовных дел. "Можно было бы в первые два-три года работы не разрешать вести дела о тяжких и особо тяжких преступлениях, то есть там, где грозит серьезное наказание", – рассуждает адвокат.
Ограничения для молодых адвокатов, если они сохранятся в законе, создадут и правовую коллизию, так как закон гарантирует адвокатам право свободно выбирать форму деятельности. Могут возникнуть и организационные проблемы, если молодого адвоката не будут брать на работу в действующие бюро и коллегии. Но Шаров из ФПА ничего страшного в этом не видит и проводит аналогию с нотариатом, где человек, получив лицензию, ждет появления вакансии. Впрочем, и обойти запрет при желании можно будет, так как Минюст не собирается ограничивать право молодых адвокатов, объединившись в группу, создать свою коллегию или бюро.
ФПА наращивает мускулы
Новеллы от Минюста сулят Федеральной палате адвокатов дополнительные полномочия. Прежде всего ей хотят разрешить "обращаться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц, являющихся членами адвокатского сообщества". Подобные заявление могут быть связаны с представлением и защитой интересов адвокатов, координацией деятельности адвокатских палат, а также "обеспечением высокого уровня оказываемой адвокатами юрпомощи".
Кроме того, если предложения министерства будут поддержаны, то у ФПА появится мощный инструмент воздействия на региональные адвокатские палаты – обязательные предписания об устранении нарушений в течение двух месяцев. Если же они не возымеют действия, то Совет ФПА сможет самостоятельно отменить решение адвокатской палаты, которое нарушает требование закона об адвокатуре или "федеральные" решения. Регионалы будут иметь право в течение 10 дней оспорить такие действия ФПА в суде, но обжалование не приостанавливает исполнение решения Совета Федеральной палаты.
В ситуации такого конфликта Совет ФПА сможет также созвать внеочередное собрание или конференцию адвокатов для рассмотрения вопроса о досрочном прекращении полномочий совета региональной адвокатской палаты. Такие действия могут быть предприняты по собственной инициативе "центра", по представлению не менее половины членов региональной адвокатской палаты, а также территориального управления Минюста. При этом ФПА будет вправе приостановить полномочия главы непослушной адвокатской палаты субъекта и назначить временного руководителя, который будет действовать до избрания нового.
"Законопроект направлен на то, чтобы укрепить соблюдение законодательства не только адвокатами, но и адвокатскими палатами регионов", – говорит по этому поводу Шаров из ФПА. Сейчас решения Федеральной палаты обязательны для регионов, а в случае их неисполнения закон об адвокатуре только позволяет Совету ФПА созвать внеочередное собрание или конференцию адвокатов в этом субъекте.
Если предложения Минюста буду приняты, то усилится и роль ФПА в вопросах дисциплинарной практики. Во-первых, она будет утверждать соответствующие рекомендации. Для этого на всероссийском съезде адвокатов будет создана Комиссия ФПА по этике и стандартам, которая займется разработкой стандартов оказания квалифицированной юрпомощи и других стандартов адвокатской профессии, а также контролем за соблюдением Кодекса профессиональной этики адвоката и тех самых стандартов. Ее регламент должен будет утвердить Совет ФПА, а в состав войдут 15 человек: девять адвокатов, два представителя Минюста, два от общероссийских общественных объединений и иных некоммерческих организаций и два человека, имеющих ученую степень по юридической специальности или ученое звание доцента либо профессора.
Во-вторых, новая комиссия сможет рассматривать представления Совета ФПА об отмене решений, принятых советами адвокатских палат субъектов по дисциплинарным производствам в отношении адвокатов, и принимать собственные. По словам Шарова, эти изменения поспособствуют созданию единообразия дисциплинарной практики в палатах, "чтобы не рязанская и казанская была, а единая". Также эта комиссия будет рассматривать дисциплинарные дела в отношении президентов адвокатских палат.

http://pravo.ru/review/view/111053/
--------
С уважением, адвокат Антон Лебедев
+7 (921) 320-0433
 
Адвокатам разрешат объединяться в "фирмы"
Автор: Татьяна Берсенева

В Федеральной палате определились с контурами реформы рынка юридических услуг. Среди них: введение адвокатской монополии не только на представительство в судах, но и на рынке юруслуг в целом, плюс объединение "вольных" юристов на базе адвокатуры. В корпорацию последние смогут попасть через упрощенный экзамен и даже объединяться в "адвокатские фирмы".
Тема объединения юридической профессии на базе единой адвокатской корпорации последние годы не дает покоя ни самой адвокатуре, желающей привлечь к себе профессионалов с "вольного" рынка, ни юристам, которым вливаться в ряды адвокатов не хочется по ряду причин. Юристы не желают обсуждать идею "присоединения" до тех пор, пока им не предложат механизм, позволяющий урегулировать их бизнес.
В адвокатской корпорации говорят о необходимости повысить качество предоставляемой юридической помощи, ссылаясь на то, что сейчас немало тех, кто "без всякого образования получает доверенности и представительствует в судах". "Сейчас каждый имеет право на квалифицированную юридическую помощь согласно Конституции (ч.1 ст.48.), но по факту оказание этой помощи не урегулировано", – говорил в начале этой недели глава столичных адвокатов Генри Резник на пресс-конференции, посвященной 150-летию российской адвокатуры. Чиновники с наличием этой проблемы согласились и предложили адвокатуре самой разработать проекты изменений регулирования рынка юридического услуг. "Надеюсь, что ФПА до конца года представит внятный текст концепции регулирования рынка юридической помощи, который мы сможем объективно, предметно обсуждать, править, дорабатывать", – говорила летом замминистра юстиции Елена Борисенко.
Срок "сдачи" концепции близится, но пока в ФПА могут лишь говорить о черновых вариантах и наметках. На заседании Совета ФПА 29 октября обсуждался проект предложений. Первый вице-президент ФПА, председатель рабочей группы по подготовке предложений ФПА относительно концепции регулирования рынка профессиональной юрпомощи Юрий Пилипенко назвал два принципа, на которых должна базироваться предстоящая реформа. Во-первых, это закрепление исключительного права адвокатов на представительство интересов граждан и юрлиц в судах и на иные формы оказания квалифицированной юрпомощи, говорится на сайте ФПА со ссылкой на Пилипенко. Это, по его словам, "ни в коей мере не исключает возможностей для граждан представлять свои интересы самостоятельно, а для организаций – пользоваться услугами штатных юридических консультантов". Второй принцип: "объединение российских правовых консультантов на базе адвокатуры".
Для реализации последнего пункта предлагается принять закон о квалифицированной юридической помощи, скорректировать закон "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ" и процессуальные кодексы, иные законодательные акты, регулирующие вопросы оказания юрипомощи.
В ФПА считают, что для участников рынка нужно установить переходный период, но свои мысли по поводу его срока в ФПА не называют. В течение этого времени "вольные" юристы, работающие по специальности не менее пяти лет с момента получения диплома о высшем юробразовании, смогут превратиться в адвокатов в упрощенном порядке. Для этого им будет достаточно успешно сдать экзамен на знание закона об адвокатской деятельности и Кодекса профессиональной этики адвоката. При этом попасть в адвокатуру можно будет и сдав традиционный экзамен, который предусмотрен действующим законодательством.
Придумали члены ФПА и ответ на критику юристов о неудобстве адвокатских образований для ведения бизнеса. Им адвокатская корпорация готова предложить новую форму коллективного адвокатского образования – "адвокатскую фирму". "Она должна представлять собой некоммерческую структуру, в рамках которой доступны наиболее эффективные с точки зрения практики правового консалтинга формы и способы организации работы", – говорится в пресс-релизе ФПА. В палате считают, что это "станет важным стимулом для привлечения в адвокатуру юридических консультантов". Сейчас по закону "Об адвокатской деятельности…" адвокаты могут открыть свой кабинет, бюро или коллегию.
Эти предложения не являются окончательными. Как отмечают в ФПА, проект предложений был одобрен Советом "как основа для дальнейшей работы".

http://pravo.ru/news/view/111743/
--------
С уважением, адвокат Антон Лебедев
+7 (921) 320-0433
 
Уйдут в защиту
Для работы в судах юристов обяжут получать статус адвоката

Текст: Владислав Куликов

13.11.2014, 00:50

Совет Федеральной палаты адвокатов в ближайшее время направит в министерство юстиции России предложения по реформированию системы оказания юридических услуг в стране. В нем в первую очередь ставится вопрос о введении так называемой "адвокатской монополии", когда гражданин сможет нанять для защиты своих интересов в суде только адвоката. И никого больше.

Как сообщил "РГ" первый вице-президент Федеральной палаты адвокатов РФ Юрий Пилипенко, повышение роли адвокатов предусмотрено государственной программой "Юстиция". Новые подходы должны защитить граждан от неквалифицированных помощников в судебных спорах.

"Мы не претендуем на монополию адвокатов в сфере оказания юридических услуг в целом, поэтому не используем в своем проекте термин "адвокатская монополия”. Суть наших предложений в том, чтобы ввести исключительное право адвокатов только на судебное представительство", - поясняет Юрий Пилипенко.
"Сегодня быть судебными представителями могут все, в том числе люди без юридического образования, иногда вообще без высшего образования, - говорит он. - Даже человек с непогашенной судимостью на основе доверенности может представлять интересы граждан и юридических лиц. Это дикое поле, где царит "махновщина”. Конечно, в сфере оказания юридических услуг есть и значительное число достойных специалистов, не имеющих адвокатского статуса. Я со многими из них знаком. Но уровень квалификации большей части консультантов вызывает обоснованные сомнения".
Идея ввести так называемую "адвокатскую монополию" в том или ином виде обсуждается несколько лет. Теперь дело дошло до практических шагов: в план законопроектной работы минюста уже включена подготовка проекта закона, реформирующего рынок юридических услуг. Как заявили в начале года руководители ведомства, они в первую очередь ждут предложений от юридического сообщества. Так что именно подготовленные Федеральной палатой адвокатов предложения, как ожидается, должны лечь в основу будущих инициатив.

Принципиальный момент: новый порядок не закроет дорогу в суды гражданам, которые желают защищать себя сами. В некоторых странах, кстати, даже иск в суд нельзя подать самостоятельно, минуя адвоката. Считается, что с профессионалами должны тягаться профессионалы. У нас от такого крайне жесткого варианта решили отказаться. Кроме того, можно будет родных, друзей, просто соседей попросить помочь - прийти в суд по дружбе, что-то подсказать. Ограничения будут распространяться исключительно на профессиональное представительство, когда человек нанимает кого-то на платной основе. Но и тут есть оговорка: корпоративные юристы смогут самостоятельно представлять в суде интересы своей организации. Если компания доверяет своим юристам, то это ее право.
В остальных случаях для похода в суд придется обращаться к адвокату. А юридическим консультантам, желающим и дальше помогать гражданам в процессах, надо будет получать адвокатский статус. Возможность зарабатывать путем судебного представительства для обычных юристов закроется.
"При этом мы хотели бы, чтобы коллеги, которые практикуют вне адвокатуры, вступили в наши ряды, - говорит Юрий Пилипенко. - Мы не против, чтобы они стали адвокатами, более того, мы в этом серьезно заинтересованы. Сейчас обсуждаются механизмы объединения всех юридических консультантов, осуществляющих профессиональное представительство в судах, на базе адвокатуры. Детали еще прорабатываются, но уже есть принципиальное понимание: необходим переходный период. После введения исключительного права адвокатов на профессиональное представительство в суде должен быть установлен переходный период от полугода до года (конкретный срок еще обсуждается) для объединения юристов на базе адвокатской корпорации".
По его словам, в течение этого срока юристы, имеющие стаж пять лет и более, будут сдавать упрощенные экзамены в адвокатуру. Кандидатам предложат пройти письменное тестирование на знание двух нормативных правовых актов: закона об адвокатуре и кодекса профессиональной этики адвоката. Остальным юристам, чья "выслуга лет" меньше, предложат сдавать экзамены на общих основаниях. Легко не будет, но, по словам специалистов, в этом и есть главное преимущество адвокатуры: статус дает гражданам гарантию, что перед ними профессионал.

"Чем адвокат отличается от юриста какого-нибудь ООО или частного предпринимателя? Во-первых, у нас в помине нет людей без высшего юридического образования, - говорит Юрий Пилипенко. - Во-вторых, в адвокатуру приходят люди, уже имеющие как минимум двухлетний стаж практической деятельности, и проходят серьезный отбор через квалификационный экзамен".
Например, в Москве, по данным Юрия Пилипенко, примерно половина претендентов не выдерживают экзаменационного испытания на статус адвоката. "Из чего следует в силу формальной логики, что отбираются лучшие люди", - говорит он. Кроме того, у адвокатов есть этические стандарты и дисциплинарная ответственность, предусмотренные Кодексом профессиональной этики адвоката. Недовольному клиенту есть куда жаловаться: адвокатское сообщество разберется с нерадивым коллегой. Подобная система, уверен первый вице-президент Федеральной палаты адвокатов, дисциплинирует. Призвать же к порядку вольного юридического консультанта практически невозможно.
Еще один волнующий вопрос, связанный с "адвокатской монополией", - это цены на юридические услуги. Скептики опасаются, что адвокаты станут слишком дорогими после того, как их "не статусные" коллеги будут выключены из игры. Авторы проекта опровергают подобные сомнения.
"Более конкурентной профессии, чем адвокатура, по-моему, не существует, потому что юридическую помощь оказывают непосредственно сами адвокаты. Адвокат - очень автономная профессия. У нас даже картельный сговор невозможен", - говорит Юрий Пилипенко. По его словам, сейчас в стране примерно 72 тысячи адвокатов. Количество лиц без адвокатского статуса, оказывающих юридические консультационные услуги, не известно никому. "По нашим оценкам, их примерно столько же, сколько адвокатов, - говорит Юрий Пилипенко. - Когда мы объединимся, количество людей, оказывающих юридическую помощь, уменьшится не намного".
Кроме того, предлагается включить в закон об адвокатуре положение, разрешающее адвокатам практиковать в адвокатских фирмах. Это будет новая структура, по форме больше напоминающая компании юридического консалтинга. "Реализация данного предложения станет важным стимулом для привлечения в адвокатуру юридических консультантов, о чем свидетельствует, в частности, приведенный в ходе обсуждения проекта пример, - полагают эксперты. - На состоявшемся недавно в Нижнем Новгороде форуме практикующие юристы Поволжья в целом поддержали идею объединения на базе адвокатуры, но отметили, что необходимым условием для этого является сохранение устоявшихся форм организации их деятельности".



--------
С уважением, адвокат Антон Лебедев
+7 (921) 320-0433
 


1864 году (150 лет назад) зародилась адвокатура России. Фильм посвящен истории российской адвокатуры. Фильм создан Федеральной палатой адвокатов РФ. В фильме представлен взгляд ведущих российских адвокатов на прошлое, настоящее и будущее российской адвокатуры
--------
С уважением, адвокат Антон Лебедев
+7 (921) 320-0433
 
ОБЪЕДИНИТЬ ЮРИСТОВ-ПРАКТИКОВ НА БАЗЕ АДВОКАТУРЫ

К вопросу о правовом регулировании сферы оказания квалифицированной юридической помощи в России

Многие страны мира рассматривают предоставление юридических услуг как отрасль экономики, приносящую доходы, такую же, как туризм, банкинг, производство промышленных товаров. Англия и Америка, например, поставляют юридические услуги на экспорт, в том числе и в Россию. В Сингапуре юриспруденция – вторая после финансового сектора статья дохода в бюджете страны. Огромные объемы денежных средств добывают для своих стран юристы Кипра и Лихтенштейна. Российские адвокаты и вся наша юридическая корпорация не могут похвастаться чем-либо подобным, а перспективы перехода или хотя бы приближения к рыночному пониманию юридической отрасли в стране с зачатками рыночной экономики весьма туманны.

И здесь дело не только в том, что право так и не стало нормальным регулятором российской экономики. Для юридической отрасли главными сдерживающими факторами на этом пути стали дуализм профессии и неконкурентоспособность наших адвокатских образований.

Обе проблемы взаимосвязаны. Однако их решение не лежит в плоскости закрепления за адвокатами исключительного права на судебное представительство. А именно эта идея, как известно, принята за основу в работе по совершенствованию законодательства об адвокатуре. Полностью поддерживая такой подход, нужно понимать, что введение «монополии адвокатуры» само по себе, в отрыве от решения вопроса об организационно-правовых формах работы адвокатов не сможет решить стоящих перед государством и обществом задач в части обеспечения квалифицированной юридической помощи, преодоления дуализма профессии, увеличения конкурентоспособности наших адвокатских образований, а в конечном итоге – появления в России юридической отрасли экономики.

Организационно-правовые формы адвокатской деятельности
Одним из важнейших вопросов, возникших в свете реформирования рынка профессиональной юридической помощи в России и последних изменений в Гражданский кодекс, является вопрос о том, в каких формах может быть организована современная адвокатура для решения новых задач.

Допустимые организационно-правовые формы адвокатской деятельности вызывали и вызывают споры. Приверженцы «традиционной» адвокатуры отрицают возможность признания адвокатской деятельности предпринимательской и, соответственно, существования коммерческих организаций, ведущих адвокатскую деятельность. Представители «бизнес-адвокатуры» настаивают на предоставлении возможности вести адвокатскую деятельность в любой организационно-правовой форме, предусмотренной законодательством для коммерческой организации.

Коллегии адвокатов и адвокатские бюро по законодательству признавались некоммерческими организациями, действующими по правилам о некоммерческих партнерствах, т.е. не являющимися некоммерческими партнерствами, а представляющими собой самостоятельные организационно-правовые формы юридических лиц, существовавшими по особому Закону об адвокатуре. Статья 50 ГК РФ ранее позволяла создавать некоммерческие организации не только в формах, установленных Гражданским кодексом, но и в иных формах, предусмотренных законом.

При этом адвокатские образования, осуществляющие адвокатскую деятельность, созданные в «придуманных» для них организационно-правовых формах, оказались вне общей логики законодательства о юридических лицах и экономической логики. Сразу же возникли и до сих пор не решены проблемы ограничения ответственности адвоката, страхования, запрета заключения адвокатом трудовых договоров, невозможности применения упрощенной системы налогообложения, существенные затруднения участия в конкурсах на поставку юридических услуг для государственных нужд и конкурсах, проводимых коммерческими организациями, и т.д.

В попытке создать условия для нормальной деятельности адвокаты вынуждены были помимо образования, предусмотренного адвокатским законом, учреждать общества с ограниченной ответственностью для организации платежей и приобретения охраняемых средств индивидуализации (напомним, что Конституционный Суд РФ в определении от 10 февраля 2009 г. № 244-О-О отказал некоммерческой организации в праве на защиту своего фирменного наименования).

При такой «бытовой» неустроенности неудивительно, что юристы, не являющиеся адвокатами, сопротивляются установлению адвокатской монополии. Очевидно, они не усматривают преимуществ вступления в адвокатуру, которые могли бы компенсировать указанные недостатки. «Вольные» юристы говорят, что не желают вступать в адвокатуру до тех пор, пока она не позволит им урегулировать их бизнес. И в этом есть серьезная логика.

Между тем адвокатура сегодня представляет собой высокоорганизованное сообщество, предлагает отработанную и действующую систему контроля качества оказываемой юридической помощи, защиту профессиональной тайны, репутационные выгоды для всех, кто пожелает вступить в ряды адвокатов.

Уверен, что многие юристы разделяют мнение о необходимости регулирования и стандартизации деятельности по оказанию правовых услуг. Они были бы рады присоединиться к профессиональным и этическим стандартам адвокатуры. Но как юрист, практикующий в форме общества с ограниченной ответственностью, может это сделать?

Именно сейчас в связи с последними изменениями в Гражданский кодекс РФ и планируемой реформой законодательства о профессиональной юридической помощи адвокатское сообщество может стать наконец конкурентоспособным участником рынка юридических услуг и объединить всех практикующих юристов.

С 1 сентября 2014 г. юридические лица должны регистрироваться в едином государственном реестре юридических лиц в одной из организационно-правовых форм, предусмотренных ГК РФ (ст. 48 ГК РФ), т.е. теперь в ГК РФ содержится исчерпывающий перечень организационно-правовых форм юридических лиц.

Адвокатским образованиям необходимо найти место в этой системе.

Виктор БУРОБИН,
к.ю.н., член Совета ФПА РФ,
президент Адвокатской фирмы «ЮСТИНА»

Полный текст статьи читайте в печатной версии «АГ» № 23 за 2014 г.
--------
С уважением, адвокат Антон Лебедев
+7 (921) 320-0433
 
Генри Резник отвечает на один из самых популярных вопросов юридического сообщества, признанный таковым голосованием на странице клуба "Мой Юрист"

--------
С уважением, адвокат Антон Лебедев
+7 (921) 320-0433
 
Старший партнер юридической фирмы "ЮСТ" Юрий Сергеевич Пилипенко об адвокатской монополии



Первый вице-президент Федеральной палаты адвокатов РФ, старший партнер юридической фирмы "ЮСТ" Юрий Сергеевич Пилипенко об адвокатской монополии для передачи "Утро России" на телеканале "Россия 1".
--------
С уважением, адвокат Антон Лебедев
+7 (921) 320-0433
Страницы: 1 2 След.
Читают тему