Войти
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
Поиск
Когда страна отступает от закона, тогда много в ней начальников.
 
Соломон

Кредитная атака

Кредитная атака

Для  заемщиков настали неспокойные времена. С одной стороны, угроза исходит от работодателей, многие из которых уже пошли на сокращение персонала и зарплат, а с другой — от банков: от них можно ждать повышения ставок по уже выданным займам и выдвижения требований о досрочном возврате денег. В каких случаях кредиторы имеют право так действовать и как в подобной ситуации защищаться заемщикам, выяснял D’

В октябре прозвучало два очень тревожных для заемщиков звонка. Сначала Росевробанк своим ипотечным клиентам предложил добровольно досрочно погасить 30% остатка долга. Неожиданную просьбу банк объяснил ожидающимся падением цен на недвижимость. Затем заемщиков удивил СКБ-банк. Нескольким десяткам клиентов, ранее взявшим ипотечные кредиты, он рекомендовал опять-таки по собственной воле подписать соглашение об увеличении ставки по полученным займам. В обоих случаях кредиторы выступали в качестве просителей, но наверняка появятся и те, кто будет разговаривать с заемщиками, причем не только с ипотечными, с позиции силы. Впрочем, не стоит сдаваться без боя: банковскую атаку можно попытаться отбить в суде. Вовсе не факт, что Фемида будет на стороне кредитора.

Ставочный передел

Повышение ставок сейчас, пожалуй, наиболее реальный риск для заемщиков. Председатель правления банка ВТБ 24 Михаил Задорнов уже заявил, что не исключает такого сценария. Если поднимать тарифы для действующих клиентов готов один из главных игроков на рынке (да к тому же госбанк), что уж говорить о других. У многих банков, сотрудничающих с государственным Агентством по ипотечному жилищному кредитованию (АИЖК), просто не остается иного выбора. Ведь СКБ-банк не по наивности, а от безысходности предложил заемщикам побывать в роли гоголевской унтер-офицерской вдовы и самим себя высечь, согласившись на удорожание займа. По словам представителя этого кредитного учреждения, АИЖК перестало полностью рефинансировать займы, выданные по ставке ниже 16,75% годовых. Держать же на своем балансе ипотечные продукты банку не по силам, вот он и решил уговорить заемщиков пойти на подъем ставки до установленного АИЖК уровня. Учитывая, что по программе АИЖК в стране работает почти полторы сотни банков, можно не сомневаться, что подобные истории повторятся, причем в ряде случаев в более жестком варианте.

На «поклон» к клиентам СКБ пошел потому, что в его кредитных договорах не была предусмотрена возможность одностороннего изменения ставок. Те банки, которые не забыли прописать такой пунктик, скорее всего, даже не будут интересоваться мнением заемщиков и просто поставят их перед фактом. «Согласно Гражданскому кодексу (ГК), изменение договора возможно по соглашению сторон либо иными способами, предусмотренными договором. Соответственно, если кредитным договором предполагается возможность одностороннего изменения его условий, то повышение процентной ставки в одностороннем порядке законодательству не противоречит. Данная позиция также подтверждена в федеральном законе “О банках и банковской деятельности”, в котором говорится, что кредитная организация вправе в одностороннем порядке изменять процентные ставки по кредитам в случаях, предусмотренных договором с клиентом», — объясняет Наталья Волкова, ведущий юрисконсульт отдела правового сопровождения розничного бизнеса Русского банка развития.

Казалось бы, законодательство не оставляет никаких шансов клиенту. Однако член правления Международной конфедерации обществ потребителей Диана Сорк считает, что заемщики могут ссылаться на постановление Конституционного суда (КС) от 1999 года. Тогда он признал не соответствующим Конституции положение ст. 29 закона “О банках и банковской деятельности”, позволяющее на основании договора в одностороннем порядке изменять ставку по срочным вкладам. «Я считаю, что эта правовая позиция однозначно распространяется и на кредиты, так как решение КС касается всей нормы статьи 29, а в ней говорится и о вкладах, и о кредитах. Если даже не выносилось отдельного решения по кредитам, можно подать такой иск в КС, и с 90?процентной гарантией вы получите определение суда о том, что дело не подлежит рассмотрению, поскольку уже существует правовая позиция по этому вопросу, — убеждена Диана Сорк. — Кроме случаев, когда это прямо предусмотрено законодательством, банк не имеет права в одностороннем порядке изменять ставки по уже заключенным кредитным договорам, а так как подобные случаи в отношении кредитов нигде в законодательстве не зафиксированы, значит, без согласия заемщика ставки менять нельзя».

К сожалению для заемщиков, далеко не все юристы согласны с такой трактовкой решения КС. «Я не считаю, что вынесенное КС постановление по одностороннему изменению ставок по срочным вкладам можно экстраполировать на кредиты. Мне кажется, это чересчур смелый вывод», — говорит Елена Наговицына, начальник департамента налогового и финансового права компании «Частное право». Судебная практика по «ставочной» проблеме пока крайне скудна, но и та, что есть, не в пользу заемщиков. Так, в тяжбе между управлением Роспотребнадзора по Свердловской области и банком «Русский стандарт» Федеральный арбитражный суд московского округа в феврале этого года в числе прочего признал ошибочным утверждение о том, что договорные условия и тарифы не могут быть изменены банком в одностороннем порядке. Такое решение суд принял, опираясь на то, что возможность изменения тарифов была предусмотрена кредитным соглашением. Впрочем, не исключено, что другая судебная инстанция вынесет противоположный вердикт по подобному иску. «Увеличение ставки без согласия заемщика достаточно спорный момент, потому что наряду с условиями договора и гражданским законодательством в данном случае применяется еще законодательство по защите прав потребителей. Единообразная судебная практика по данному вопросу отсутствует», — рассказывает Андрей Чуриловский, директор юридического департамента Москоммерцбанка.

Точки над i, как и в деле с депозитами, мог бы расставить КС, так что остается ждать, пока кто-нибудь не обратится к нему с таким запросом. Недовольные банковским тарифным волюнтаризмом, судя по всему, должны появиться уже в ближайшем будущем, поэтому и иск в КС, видимо, не заставит себя ждать. Пока же можно защищаться другим способом — например, добиться в суде исключения из кредитного договора пункта о возможности одностороннего изменения банком ставки. «Существует понятие договора присоединения — это договор, при заключении которого у контрагента, в данном случае у заемщика, нет возможности изменения его условий: он либо должен подписать договор, либо отказаться. Если заемщик докажет, что кредитный договор является договором присоединения и его условия содержат явно обременительные условия, которые заемщик никогда бы не принял, если бы у него была возможность участвовать в согласовании этих условий, то суд может исключить или изменить оспариваемые заемщиком условия договора», — объясняет Андрей Чуриловский. Судиться с банком, упирая на это основание, конечно, можно, но победа вовсе не гарантирована. «Доказать, что у заемщика не было выбора при подписании договора практически невозможно», — предупреждает Павел Ламбров, адвокат коллегии «Николаев и партнеры».

Гораздо больше шансов отстоять ставку, если в договоре ничего не говорится о возможности ее повышения. В этом случае банк в принципе тоже может попытаться ее поднять, но для этого уже ему придется обращаться в суд. «Статья 451 ГК предусматривает возможность изменения договора в связи с существенным изменением обстоятельств, при которых он заключался. Теоретически суд может признать, что, когда банк выдавал кредит, он привлекал финансирование намного дешевле, чем сейчас, и исходя из этого определял ставку по договору, поэтому он имеет право увеличить ставку для заемщика. Но, на мой взгляд, применение данной статьи небесспорно, так как необходимо наличие совокупности ряда обстоятельств», — говорит Андрей Чуриловский. «Поскольку банки изначально принимают на себя риски рынка, не исключено, что суд не пойдет навстречу банкам в этой ситуации», — считает Наталия Хахалина, замдиректора департамента розничных банковских продуктов Абсолют банка. Если уж сами банкиры сомневаются в успешности судебного повышения ставок без наличия соответствующего пункта в договоре, то обладателям таких кредитных соглашений, похоже, волноваться не о чем.

Правовой вакуум

Если возможность одностороннего увеличения банком ставок по уже заключенным договорам в законодательстве хотя бы упоминается, то сам этот процесс нормативно никак не регламентирован. «Лимит повышения процентной ставки действующим законодательством не установлен, так же как и не предусмотрена процедура информирования заемщиков об изменении условий кредитного договора», — отмечает Наталья Волкова. Теоретически банк может хоть до 1000% годовых поднять ставку и сообщить вам об этом за день до ежемесячного платежа, при этом формально он ничего не нарушит. Конечно, если в договоре не будет конкретно расписано, в каких случаях и насколько банк может поднять ставку и за сколько дней он обязуется об этом уведомить заемщика.

Как правило, банки не утруждают клиентов такой детализацией договора, а отделываются общими формулировками, наиболее типичная из которых выглядит так: «В случае изменения ставки рефинансирования Центробанка размер вознаграждения, уплачиваемого за пользование кредитом, может быть пересмотрен». Вот и догадывайся, за какой период (за весь срок кредита, за год, за месяц) и насколько должна измениться ставка рефинансирования, чтобы банк мог сделать мой кредит дороже. Особенно интересно, какое отношение имеет рублевая ставка рефинансирования ЦБ к кредитам в инвалюте, а в договорах такая формулировка почему-то тоже указывается. Впрочем, банковская туманность формулировок заемщикам только на руку. «Если в кредитном договоре нет четкого указания, при каких условиях и в каком размере банк может повышать ставку, то ему будет тяжело в суде доказать обоснованность произведенного повышения ставки», — считает Сергей Гордейко, начальник департамента по работе с физлицами Росевробанка. Даже не оспаривая само право банка на повышение ставки, в суде можно попробовать добиться хотя бы увеличения ее по минимуму. «Заемщик может доказать несоразмерность повышения ставки сложившимся обстоятельствам. Надо упирать на то, что нет видимой причины между теми основаниями, из которых исходит банк, и повышением ставки именно в таком размере. Можно, например, указать, что ставка рефинансирования была поднята на 1%, а банк повысил ставку по кредиту на 3%, или отметить, что, когда ставка рефинансирования снижалась, банк не делал кредит дешевле», — советует Елена Наговицына.

Повышение ставок, по словам банкиров, в первую очередь угрожает ипотечным и автозаемщикам. Эти кредиты считаются наименее прибыльными, и естественно, что в условиях проблем с ликвидностью банки хотели бы увеличить генерируемый ими денежный поток. Однако банкиры не прогнозируют массового пересмотра доходности действующих займов. «При увеличении ставок часть клиентов может оказаться не в состоянии выплачивать кредит. А это может грозить банку существенным ухудшением качества кредитного портфеля и значительными издержками в случае судебного разбирательства с заемщиками», — объясняет Сергей Капустин, заместитель начальника управления розничных операций банка «Возрождение». Кроме того, есть и нефинансовый ограничитель банковских аппетитов. «Все будет зависеть от состояния общественного мнения по поводу одностороннего повышения ставок и от того, как будет складываться судебная практика по таким делам», — считает Сергей Гордейко.

Квартирная страшилка

Повышение ставок, конечно, вряд ли кого обрадует, но для ипотечных заемщиков есть угроза и пострашнее — обвал цен на недвижимость. В свете апокалипсических прогнозов о неизбежном схлопывании ценового пузыря, надутом на московском рынке жилья, испугаться действительно есть чего. Особенно тем, кто приобретал в кредит недвижимость в этом или в прошлом году, то есть на самом пике роста цен. При серьезном падении стоимости недвижимости вполне может оказаться, что заложенная квартира оценивается меньше суммы долга, тогда-то и могут начаться неприятности. «Изменение стоимости залога законодательством не регламентировано. Но при этом законодательством не запрещено включать в кредитный договор положения, регламентирующие взаимоотношения сторон в случае уменьшения стоимости заложенного имущества», — объясняет Наталья Волкова. Таким образом, если в вашем договоре значится пункт об уменьшении стоимости залога, то банк в этой ситуации имеет право предъявлять связанные с этим требования. Какие именно — опять-таки зависит от условий соглашения с банком, так как в законодательстве схема, которой обязаны руководствоваться кредиторы, не обозначена. Банк может довольствоваться предоставлением дополнительного обеспечения на не покрываемую залогом сумму, а может и потребовать досрочного возврата всего кредита. В последнем случае, если денег для полного погашения долга у вас не набирается, остается только один выход — судиться. «Заемщик может заявить, что, хотя стоимость залога и снизилась, он готов предоставить дополнительное обеспечение на недостающую сумму, а поэтому у банка нет оснований требовать возврата всего кредита», — рассказывает Диана Сорк. Кроме того, как и в случае с повышением ставок, можно попытаться доказать, что подписанное вами кредитное соглашение является договором присоединения и потребовать из него убрать залоговые пункты.

Можно пойти по другому пути и максимально ослабить доказательную базу банка. «Изменение стоимости залога должно быть подтверждено документально — отчетом об оценке рыночной стоимости предмета залога. Для проведения оценки представитель оценочной компании не только рассчитывает площадь жилого объекта и его местоположение, но и оценивает внутреннее состояние квартиры. Фотографии, сделанные на объекте, прикладываются к отчету об оценке. В том случае, если заемщик не пустит оценщика в квартиру, то точный и достоверный отчет об оценке сделать будет затруднительно — можно лишь будет примерно оценить ее стоимость, что, естественно, не может выступать в качестве доказательства позиции банка в суде», — считает Сергей Капустин.

В качестве контраргумента оценке недвижимости, проведенной по заказу банка, вы можете воспользоваться услугами других оценщиков — не исключено, что они определят стоимость вашей квартиры дороже. Вполне возможно, что суд примет во внимание результаты вашей оценки, а не банковской, и тогда как минимум у вас убавится сумма, не покрытая залогом, а как максимум банк вообще лишится оснований утверждать, что залог подешевел. Учитывая, что в законодательстве ничего не говорится о том, насколько должна упасть стоимость залога для того, чтобы кредитор смог предъявлять претензии к должнику, банки этот вопрос могут решать сугубо на свое усмотрение. «Банки, наверное, начнут требовать внесения допобеспечения по залогам, если цены на недвижимость упадут на 20–25%. Но не думаю, что в такой ситуации банки в массовом порядке будут требовать досрочного погашения всего кредита. По большому счету это бессмысленно: ну где человек возьмет сразу, например, $200 тыс. Люди просто не будут платить, банкам придется судиться, а это долго и затратно, и точно это не самый лучший путь для выхода из кризиса. Это путь для банка, который не думает о будущем», — считает Владимир Гасяк, заместитель председателя правления Хоум кредит энд финанс банка.

Судя по настрою банкиров, пока они не намерены пускать в ход и другой джокер, который обычно прописывается в кредитных договорах, а именно: пункт о том, что «в случае ухудшения или угрозы ухудшения финансового состояния заемщика» банк может потребовать возврата кредита или внесения допобеспечения. «Допустим, человека уволили, но он ищет новую работу и продолжает платить по кредиту — естественно, вы берете его на контроль, но не предъявляете никаких требований о досрочном погашении, потому что в этом нет необходимости. Если зарплату сократили, но заемщик также продолжает платить, его тоже нет смысла трогать», — объясняет Сергей Гордейко. В свете набирающего обороты процесса повального урезания зарплат и сокращений такая позиция банкиров звучит успокаивающе. Впрочем, если даже миролюбивые планы кредиторов сменятся желанием истребовать с клиентов досрочного погашения кредита, лучше не тушеваться и противостоять им в суде. Пункт об ухудшении финансового положения оценочный, никаких правовых критериев на сей счет нет, поэтому банку придется каким-то образом доказывать, что ваше положение ухудшилось настолько, что он сомневается в вашей кредитоспособности. Особенно непросто это будет сделать, если вы не допускали просрочек по кредитным платежам. А пока суд да дело, вы вполне можете найти новую работу или восстановить прежний уровень дохода.

Дмитрий Веретенников, корреспондент «D`»

Обсудить материал на форуме...

Короткая ссылка на новость: http://www.LawNow.ru/~9LOgp
 


Комментарии пользователей





Следите за новостями

Мы в Твиттере


Мы в instagram