Войти
Войти как пользователь:
Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:
Поиск
У того, кто решит изучить все законы, не останется времени их нарушать.
 
Иоганн Вольфганг Гете

Распределение рисков в договоре подряда

Распределение рисков в договоре подряда

Распределение рисков в договоре подряда

В юридической литературе под риском понимают объективную категорию, смысл которой состоит в возможности наступления невыгодных последствий. Такое понимание риска позволяет использовать его не только в подрядных отношениях, но и в качестве одного из основополагающих признаков предпринимательской деятельности в соответствии с п. 1 ст. 1 Гражданского кодекса Республики Беларусь 1998 г. (далее - ГК). Риск как неотъемлемый признак предпринимательства предполагает равные последствия виновных и невиновных действий предпринимателя или действий третьих лиц либо событий, то есть обстоятельств, не зависящих от воли лица.
Применительно к договору подряда понятие риска определенным образом сужается, поскольку за его пределами находится вина заказчика или подрядчика. Другими словами, правила распределения рисков в договоре подряда не регулируют последствия, произошедшие исключительно вследствие умысла или неосторожности сторон.

ОБЩИЕ ПРАВИЛА РАСПРЕДЕЛЕНИЯ РИСКОВ

Статья 659 ГК содержит диспозитивные нормы о распределении рисков между сторонами, исполняющими договор подряда. Так, если иное не предусмотрено ГК и иными актами законодательства или договором подряда, то риск случайной гибели или случайного повреждения:
- материалов, оборудования, переданной для переработки (обработки) вещи или иного используемого для исполнения договора имущества несет предоставившая их сторона;
- результата выполненной работы до ее приемки заказчиком несет подрядчик.

Кроме того, ГК устанавливает, что если передача или приемка результата работы просрочены, вышеуказанные риски несет сторона, допустившая просрочку.

Как видно, нормы ст. 659 ГК базируются на трех принципах. Во-первых, это возложение риска случайной гибели или случайного повреждения материалов, оборудования, переданной для переработки (обработки) вещи или иного использованного для исполнения договора материала, на сторону, предоставившую это имущество. Решение вопроса о случайной гибели опирается здесь на хорошо известную из римского права формулу, переносящую риск случайной гибели вещи на ее собственника. В ГК этот принцип закреплен в ст. 212.

Во-вторых, риск случайной гибели или повреждения результата работ возлагается на подрядчика. Обратим внимание, что данная норма устанавливает исключение из общего правила о возложении на собственника имущества риска его случайной гибели или повреждения. В связи с этим практическое значение для разграничения рисков имеет определение момента, начиная с которого материал превращается в результат работ (например, кирпич и цемент, предназначенные для укладки стен здания). Ведь если иное не предусмотрено в законе или договоре, то с этого момента правило - риск случайной гибели имущества возложен на его собственника - перестает действовать. К некоторым доктринальным положениям относительно порядка определения момента "превращения" материалов в результат работ мы вернемся позже.

И, наконец, третий принцип распределения рисков связан с закреплением императивной нормы, согласно которой при просрочке передачи и приемки результата работы соответствующий риск относится на сторону, допустившую просрочку. В данном случае речь идет о конкретизации общего правила, закрепленного в ст. 376 и 377 ГК, посвященных соответственно просрочке должника и просрочке кредитора. В первой из этих двух норм предусмотрено, в частности, что должник, просрочивший исполнение, отвечает перед кредитором за последствия случайно наступившей невозможности исполнения, а во второй - определены ситуации, при которых лицо считается просрочившим. При этом применительно к кредитору в ст. 377 ГК просрочкой назван, в том числе, отказ принять предложенное должником надлежащее исполнение или несовершение предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором действий, до совершения которых должник не мог исполнить свое обязательство.

Поскольку договор подряда - двусторонний (так как каждый из контрагентов является в одном из обязательств, формирующих такой договор, кредитором, а в другом - должником), нормы, предусматривающие последствия просрочки, могут иметь значение для обоих контрагентов в этом договоре.

ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ РИСК КОМПЕНСИРУЕТСЯ УВЕЛИЧЕНИЕМ ВОЗНАГРАЖДЕНИЯ

Отметим, что указанные выше диспозитивные нормы, содержащиеся в п. 1 ст. 659 ГК, могут быть изменены по соглашению сторон. Как отмечается в литературе, несмотря на отсутствие специального указания в ГК, иное распределение рисков должно находиться в зависимости от цены работы. Иными словами, принимая дополнительный риск, сторона должна потребовать либо уменьшения, либо увеличения цены работ. Поскольку ст. 663 ГК устанавливает, что цена в договоре подряда включает компенсацию издержек подрядчика и причитающееся ему вознаграждение, то технически компенсация принятия дополнительных рисков может выражаться в изменении размера вознаграждения подрядчика.

Кроме того, особое практическое значение принцип диспозитивности норм о распределении рисков имеет при исполнении договоров подряда, предметом которых является переработка или обработка вещи, предоставленной заказчиком. Если применять к данной ситуации общее правило, содержащееся в п. 1 ст. 659 ГК, то риск повреждения либо гибели вещи несет не подрядчик, а заказчик. Следовательно, при заключении таких сделок интересам заказчика отвечает договорное перенесение риска случайной гибели перерабатываемой или обрабатываемой вещи на подрядчика, поскольку именно последняя сторона осуществляет фактический контроль за ее состоянием.

Обратим внимание на закрепление ст. 697 ГК изъятия из принципа диспозитивности норм о распределении рисков. Так, данная статья ГК устанавливает, что риск случайной гибели или случайного повреждения объекта строительства, составляющего предмет договора строительного подряда, до приемки этого объекта заказчиком несет подрядчик, причем договором указанную императивную норму изменить нельзя.

ИНФОРМАЦИОННАЯ ОБЯЗАННОСТЬ ПОДРЯДЧИКА

Правила распределения рисков, как отмечалось выше, не применяются при наличии вины одной из сторон договора, которая своими действиями повлекла гибель предмета договора или невозможность исполнения обязательства. В этом случае неблагоприятные последствия неисполнения договора возлагаются на виновную сторону. В Республике Беларусь, в отличие от Российской Федерации, указанное доктринальное положение еще не нашло нормативного подтверждения в соответствующих актах Верховного Суда либо Высшего Хозяйственного Суда.

В свою очередь, информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда" (далее - письмо № 51) указывает судам на необходимость учитывать при разрешении споров то обстоятельство, что правила о распределении рисков не действуют, если утрата либо повреждение материалов или результата работ произошли вследствие ненадлежащего исполнения обязательств по договору одной из его сторон. Другими словами, при гибели либо повреждении материалов заказчика вследствие ненадлежащего исполнения договорных обязательств подрядчиком последний будет нести ответственность, а при гибели или повреждении результата работ вследствие нарушения обязательств заказчиком на него переходит обязанность возместить возникшие неблагоприятные последствия.

Однако правило о возложении на заказчика неблагоприятных последствий в случае ненадлежащего исполнения им собственных обязательств имеет ограниченный характер. Согласно положениям ст. 670 ГК подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении:
- непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи;
- возможных неблагоприятных для заказчика и (или) подрядчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы;
- иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые представляют угрозу годности или прочности результатов выполняемой работы либо делают невозможным завершить ее в срок.

При этом подрядчик, который либо не предупредил заказчика об указанных обстоятельствах, либо продолжил работу, не дожидаясь истечения установленного в договоре срока, а при его отсутствии - разумного срока для ответа на предупреждение или продолжил работу, несмотря на своевременное указание заказчика прекратить ее, не вправе ссылаться на указанные обстоятельства при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований.

В литературе данную обязанность подрядчика называют еще "информационной". При этом отмечают две причины ее нормативного закрепления. Первая заключается в том, что подрядчик является специалистом в области выполняемых им работ и может предвидеть отрицательные последствия названных обстоятельств. Вторая причина возложения на подрядчика обязанности по предупреждению заказчика объясняется тем, что подрядчик как исполнитель работ лучше заказчика осведомлен о ходе последних и состоянии предмета исполнения.

ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЙ РИСК

На практике довольно часто возникает вопрос о границах действия информационной обязанности подрядчика. Другими словами, может ли подрядчик не обнаружить при исполнении договора указанные обстоятельства и на ком (заказчике или подрядчике) лежит риск необнаружения данных обстоятельств?

Приходится констатировать, что белорусская судебная практика не дает ответа на этот вопрос, равно как не закрепляет подходы для его решения. В то же время судами Российской Федерации успешно применяется доктринальная основа в виде теории профессионального риска. Полагаем, что ввиду схожести правовых систем, а особенно в части регулирования гражданско-правовых отношений, положения, выработанные судебной практикой Российской Федерации, применимы и в нашей стране.

Согласно теории профессионального риска лицо несет повышенную ответственность за действия, которые дают ему выгоду (profit), то есть в основание ответственности за риск вводится критерий выгоды в действиях причинителя. При этом под выгодой понимается не любая полученная участником правоотношений польза, а исключительно его прибыль. Другими словами, ответственность на основании риска может быть возложена на субъекта лишь за ущерб, причиненный деятельностью, направленной на извлечение прибыли. Таким образом, причинитель ущерба на основании того, что он отвечает за неблагоприятные последствия деятельности, цель которой - извлечь прибыль, обязан возместить ущерб потерпевшему до пределов непреодолимой силы.

Теория профессионального риска, предъявляя к субъекту хозяйствования повышенные требования в несении неблагоприятных последствий его деятельности, относит их лишь на лиц, занимающихся на профессиональной основе тем или иным видом деятельности (подрядчиков, страховщиков, банки, профессиональных участников иных сегментов рынка и т.д.).

Отметим, что в России профессиональный риск также выступает критерием рассмотрения споров, разрешение которых зависит от выбора того или иного толкования норм права. При наличии неопределенности в применении норм, и, следовательно, поля для их толкования, может быть использована (и используется) данная теория.

Таким образом, российская судебная практика исходит из того, что подрядчик, являясь профессионалом в определенной сфере, в любом случае обязан выявить недостатки материалов, предоставленных заказчиком, обнаружить неблагоприятные последствия выполнения указаний заказчика либо иные обстоятельства, препятствующие надлежащему выполнению работ. Иными словами, подрядчик не вправе ссылаться на невозможность обнаружить соответствующие обстоятельства, что отражает повышенный профессиональный риск подрядных организаций. Логичным выводом из указанных положений является возложение на подрядчика ответственности фактически даже при ненадлежащем исполнении договора заказчиком, если действия последнего послужили причиной гибели или повреждения результата работ.

ПРОМЕЖУТОЧНЫЕ АКТЫ - ТОЛЬКО ДЛЯ РАСЧЕТОВ

Поскольку риск случайной гибели или повреждения результата работ переходит на заказчика с момента приемки заказчиком результата работ, на практике важно также определить достаточность наличия документов, подтверждающих проведение предварительной приемки отдельных этапов работ, чтобы перенести "промежуточные" риски на заказчика.

Для решения данного вопроса вновь обратимся к российской судебной практике. Согласно письму № 51 в отсутствие выделения в договоре отдельных этапов работ любые акты предварительной приемки, включая акт приемки работ по форме № 2, не влекут за собой перенесения риска с подрядчика на заказчика. Из обоснования данного вывода следует, что составление любых промежуточных актов само по себе является основанием для того, чтобы подтвердить осуществление отдельных работ для проведения расчетов. Следовательно, в этом случае не применяются и нормы ГК о приеме и об ответственности подрядчика за ненадлежащее качество работ. Полагаем, что положения, закрепленные Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в письме № 51, в равной степени справедливы и применимы для обоснования той или иной позиции при разрешении споров между белорусскими субъектами хозяйствования.

Кроме того, поскольку ГК возлагает риск случайной гибели или повреждения материалов на предоставившую их сторону, то есть данный риск действует до момента прекращения права собственности на предоставленные вещи, довольно часто возникает проблема с определением момента прекращения этого права. Согласно позиции, выработанной практикой, с момента фактического использования материалов последние прекращают быть самостоятельными объектами права собственности, юридически "погибают" и входят в состав вновь создаваемой вещи. При этом момент фактического использования материалов может не совпадать с моментом возникновения права собственности на вновь создаваемую вещь.

Обсудить материал на форуме...

Короткая ссылка на новость: http://www.LawNow.ru/~Svs0G
 


Комментарии пользователей





Следите за новостями

Мы в Твиттере


Мы в instagram